Николай Дмитриевич Гурьев
Статьи 1991-2018 г.г.
  О промысле Божием (Скачать в формате Word)
О грехе и его делах (Скачать в формате Word)
О благочестии (Скачать в формате Word)
Статья 1 (Скачать в формате Word)
Статья 2 (Скачать в формате Word)
Статья 3 (Скачать в формате Word)
Правила выбора поступка (Скачать в формате Word)


Бог бесконечен как во времени и пространстве, так и вне всего измеряемого, поэтому и мысли возникающие при обращении внимания на него самого или на его творения не могут иметь предела и оказываются беспредельными. Природа сотворенного им духовного мира, события и явления в нем недоступны для скрупулезной детализации по природе своей. Недоступно и отделение каких-либо частностей и процессов для их рассмотрения вне всеобщей их совокупности.

В связи с этим все изложенное ниже можно рассматривать как всего лишь приблизительное отражение и описание действительности.

Общеизвестно и не вызывает у православных христиан ни малейшего сомнения признание Божией воли безусловно благой и совершенной. Таковой она пребывала до сотворения мира, пребывает в настоящее время и пребудет после того, как истечет время, отпущенное миру для его существования; время измеряется и поэтому было отмерено время существования мира, необходимое для завершения его предназначения.

Но именно Божия воля и сотворила Сатану, и попустила ему соблазнить наших прародителей; она же отдала единомысленного с нею Сына Божия на спасение мира и людей в мире; она возвела послушного ей Сына человеческого на крест, чем всем людям была дарована возможность их избавления от их же самоохотного порабощения грехам.

Сатана при этом сам низвел себя до уровня невольного и недоуменного раба как самого Спасителя, так и всех православных христиан, спасению которых он невольно прислуживает; он сам низвел себя до уровня раба неблагодарного, поскольку гордость – это и есть неблагодарность.

Людей отчуждающихся от единственной церкви, спасающей человеческие души – церкви православной – Сатана, омрачая ум множеством разнообразных грехов, ведет даже не к длящейся века смерти вечной, а к смерти вневременной, вневечной, бесконечной.

Сын Божий в лице Сына человеческого всыновил всех верующих Евангелию и следующих его словам людей пресвятой Деве Марии; таким путем он фактически побратался с ними. В последующем он закрепил это братание, заповедав причащение его естеству вкушением его плоти и крови. И тот, кто следует этой заповеди, делается единокровным с заповедавшим, делается породнившимся со Христом телесно.

Но во Христе неслиянно и нераздельно стали едиными естество человеческое и божеское; он одновременно Сын человеческий и Сын Божий; он совершенный человек и, вместе с этим, совершенный Бог.

Из этого следует, что верующий во Христа, следующий за ним, безропотно несущий ниспосылаемый ему и никогда не бывающий ему непосильным крест; и принимающий в таинстве причащения его плоть и кровь одномоментно с этим принимает и его Божество, обожествляющее при этом самого причащающегося.

Бог Троица – это Бог Отец, Бог Сын и Бог Дух Святой; это Любовь, Истина и Жизнь.

Бог Дух Святой животворит, устраняя в конце концов болезнетворные и смертоносные последствия грехов в душевной и телесной природах человека.

Бог Сын (Бог Слово), будучи носителем Истины, возвещает людям правду, следование которой изгоняет грехи, ибо все они питаются ложью.

А Бог Отец объемлет человека Любовью, дарующей не всегда уразумеваемую, но внятно ощущаемую радость. Сама же радость возникает при душевном соприкосновении с тем, что является живоносным и животворным; с тем, что сообщает душе жизнеспособность и жизнестойкость.

С момента своего сотворения человек был наделен властью над всею Землею и, разумеется, над всем ее животным и растительным миром. Сотворением человека, ставшего венцом творения, было завершено создание земного мира, предназначавшегося для его обитания.

А для верного соотнесения и сравнения с существами духовного мира необходимо не упускать из вида то, что ангелы изначально получили существование как духи служебные. Человека же Господь удостоил чести стать носителем своего образа; последнее существенно превосходнее. Здесь уместно и своевременно заметить, что если Бог бесконечен, то и количество ангелов должно не поддаваться исчислению. Но любая часть того, что не поддается исчислению и сама оказывается бесчисленной. Да и весьма странно было бы приравнивать и причислять носительниц образа Божия к служебным духам. И еще более странным выглядит мнение, согласно которому земной мир и человек были сотворены для восполнения численности ангелов, умаленной отпадением от Бога некоторой их части.

Поэтому, с учетом всего сказанного выше, можно с большой степенью вероятности допустить, что Сатаниил и был сотворен по воле Бога для последующего обожествления тех, кто испытывает потребность любить; тех, кто принимает и усваивает Любовь по мере своих сил, дарованных все той же Любовью; тех, кто к ней обращается с мольбами и ей же служит. Этим они приобщаются к любви и преобразуются в истинных и бессмертных ее носителей.

Мир же духовный исполняется при этом ничем не омрачаемой радостью.




Грехом как таковым, в самом широком смысле этого слова, является всякая форма неправды: прямое намеренное искажение хорошо известной и доступной наблюдению действительности; отвержение правды о ней; обман, совершаемый отманиванием от правды какими-либо соблазнительными приманками; самообман, заключающийся в желании идти не к правде, а к легкому, удобному и приятному, которое доставляется ложью.

Вершиной всякого греха св.отцы считали самооправдание, которое позволяет переложить свою вину на что-нибудь в окружающем: на родителей, которые «не так воспитывали»; на образование, при котором «меня этому не учили»; на влияние среды, в которой «сейчас так принято».

Мнение св.отцов неоспоримо, но оправдание собственно самого греха – а что в этом плохого? - представляется гораздо более страшным, поскольку может вводить в пагубу не только самого грешника, но и окружающих его людей.

Но следует заметить, что любая форма самооправдания является той или иной формой осуждения, всегда льстящего осуждающему привнесением в его душу ощущения превосходства над тем, на кого оно обращено, над осуждаемым.

Не вменяется в вину грех, совершенный по неведению, но желание уклониться от обличения или самообличения всегда предосудительно. Обличать же нужно, по словам св. ап. Иуды (Иуд. 23), с осторожностью, отстраняясь от обличаемых, как от замаранной плотью одежды. Кажется правомерным отнесение этих слов и к мысленному обличению.

Все грехи, без изъятия, панически страшатся обнаружения, обличения и исповеди; страшатся потому, что всякая правда несносна для них, ибо она обращает их в ничто, уничтожая всякую лживость. В своих попытках уклониться от правды грехи, как бы странно это не звучало, успешно прячутся за свои собственные дела. Приносящий, например, искреннее покаяние в нанесении кому-либо побоев, может ни одним словом не обмолвиться о том, что принудило его так поступить: злость, зависть, ревность или мстительность. И выходит, что сам грех остался нераскаянным.

С еще большим успехом грех скрывается и от самого грешащего, и от окружающих его за внешними делами добродетели: постами, частыми посещениями храма, уходом за больными, подаянием милостыни; все это с легкостью может совершать и самолюбование, и тщеславие, и человекоугодие, и гордость.

Нужно отметить, что одинаковому воздаянию подвергается и совершающий грех, и желающий его совершить, но по чисто внешним причинам лишенный такой возможности. Обусловлено это тем, что судимо будет не совершившее грех тело, а желавшая греха душа, даже если грех не был осуществлен, даже если имело место сочувствие чьим-либо грехам.

На приятность и сладость греха, делающие его притягательным, как правило и обращается внимание. А от его горестности, горечи его плодов мысленный взор упорно отводится.

Могут греховные слова и дела прикрываться множеством правдивых слов, что в итоге все это смешение правды и лжи делает ложью, ибо одна ложка дегтя портит целую бочку меда; также нельзя отрицать того, что как показывает жизнь, обилие правдивых или хотя бы правдоподобных слов часто служит сокрытию лжи.

Ведя разговор о грехе вообще было бы странно и даже нелепо обойти вниманием грех, обычно именуемый первородным. Само словосочетание «первородный грех» может быть понимаемо двояко: с одной стороны, как первый грех в числе прочих; с другой же стороны слово «первородный» может служить указанием на то, что данный грех является основой и породителем всех остальных грехов, которые, по сравнению с первородным, имеют гораздо меньшую силу, власть, весомость; также первородному греху присуща способность усиливать любой другой грех.

Самим же словом «грех» дается указание на то, что первородный грех служит той же цели и действует теми же средствами и способами, что и прочие грехи, хотя неизмеримо превосходит их могуществом и влиятельностью.

Понять это достаточно легко: любой грех дает возможность отвергать любую, но только одну добродетель, а первородный позволяет отвратиться не только от всех добродетелей, но и от их источника во всей его необъемности.

Бог есть Любовь, Истина и Жизнь, которые неотделимы друг от друга. Поэтому отвержение одного влечет за собой и отлучение от двух других. И отталкивающий, отвергающий себя от Истины неправдой утрачивает Любовь и лишается Жизни.

Но при всей огромности то роли, которую играл и продолжает играть первородный грех в истории всего человечества и в жизни каждого отдельного человека, нигде не удалось изыскать какой же именно грех именуется первородным. Говоря иными словами, этот грех нигде и никем не был персонифицирован.

Общепринято мнение, согласно которому первородным грехом является преслушание. Но, при ближайшем рассмотрении, делается очевидным, что преслушание – это дело греха, за которым на протяжении многих столетий успешно скрывается от взоров человечества сам грех.

Слово «гений» на русский язык переводится словом «дух». Поэтому вполне допустимо считать, что Сатаною гениально был избран грех, который мог стать надежнейшим средством погубления человека. О Сатане сказано, что он лжец и отец лжи и, когда говорит свое, говорит ложь. Его слова льстили душе – будете как боги – и одновременно с этим позволяли предвосхищать услаждение чрева вкушением запретных плодов.

Следуя суждению св.отцов о грехах, можно и нужно считать лживым и того, кто лжет, и того, кто принимает ложь. К сказанному можно присовокупить следующее соображение: прародители наши вступили в общение с Сатаной, а всякое общение через приобщение ведет к обобщению; в рассматриваемом случае имело место обобщение со лживостью; вполне вероятно, что именно лживость и оказалась первородным грехом.

И этот грех медленно, но непрерывно, неизменно и неуклонно растлевает человечество с момента согрешения прародителей и до наших дней. Люди же или желают этого ни видеть и ни понимать, или утратили способность осознать и осмыслить бедственность своего положения и обратиться к правде, которая содержится только в учении Православной Церкви.

Но в настоящее время и миряне, и клирики различных уровней склонны пренебрегать словами и Св. Писания, и Св. Предания. Тем самым они сохраняют только видимость принадлежности к Православной Церкви, и по сущности своей чужды ей. Миряне при этом оказываются отлученными от Церкви, а клирики изверженными из сана Духом Святым в полном соответствии с правилами Церкви, которыми они пренебрегают.




Благочествовати – благоговеть, иметь благочестивые чувствования; Благочестивый – набожный, Бога чтущий (словарь протоиерея Г. Дьяченко, 1900 г).

Говение – особое почитание, уважение; воздержание от определенных яств. Благочестивый – истинно почитающий Бога, основанный на благочестии. Благочестие – истинное почитание Бога. Благоговение – глубокое уважение. (Императорская Академия Наук. Словарь 1847г)

Благочестие – потребность воздавать почести, поклонения и благодарения всеобщему, всеобъемлющему и всемогущему Подателю всех видимых и умопостигаемых благ, как изливаемых на все человечество, так и ниспосылаемых отдельным людям.

Но чествование неотъемлемо от восхваления и благодарности. А благодарность, в свою очередь, склоняет человеческую душу ни в мыслях, ни в словах, ни в делах не отдаляться (не отвергаться, не отвращаться) от того, кому благодарен человек. Такое расположении души приводит ее к вере, надежде и любви не в рассудке, а в отношении душевном и расположении ко всякому благодетелю.

И понятно, что источником и причиной всех душевных, телесных и приходящих к человеку из внешнего мира благ является Бог. Он – единственный и, если можно так выразиться, первичный благоподатель. Благодеяния могут совершать и люди, но необходимые для этого побуждения, средства и силы проистекают от Бога.

Благом можно считать душевное и телесное здоровье, материальное состояние, быстрый служебный рост, обладание различными способностями и многое другое – всего и не перечесть. А если присовокупить к этому благотворные чудеса, совершаемые святыми по Божьему благоволению – то всего не охватить и мысленным взором.

Люди не знакомые с православием могут сказать, что человек хорошо зарабатывает, занимает хорошую должность, обладает теми или иными способностями. Те же кто принимает учение Православной Церкви сочтет, что человеку дана возможность зарабатывать, что ему дана хорошая должность, что он богато одарен различными способностями.

Тем, кто не забывает о Промысле и в голову не придет говорить о «везениях», «протекциях», «счастливых случаях», «удачливости», и тому подобном: все, что происходит и с самим человеком, и в окружающей его действительностью, было известно в Промысле до сотворения веков и земного мира. Все в жизни, да и сама жизнь, даруется Творцом, а люди вольны принимать все, что происходит по воле Творца, как несомненное благо или упорно стремится к «большему и лучшему», чему Господь не препятствует, но и не содействует.

Православные люди принимали жизнь такой, какой она представала перед ними. Они принимали пищу, принимали бой, принимали скорби и болезни ибо ими, как раньше говорилось, Бог посещает человека для его же блага. Даже смерть и ту принимали еще совсем недавно, во времена Русско-Японской и 1 Мировой войны.

Св. отцы говорили, что чем дальше человек от света, тем менее заметна грязь на его одежде. Подобным образом и грехи в душе не видны, если человек далек от Бога. Но, по мере приближения к Богу, они могут заполнять все поле зрения и для человека делается очевидной и несомненной его греховность. Какие бы то ни было притязания на личную праведность делались для таких людей чуждыми.

Именно поэтому известные своей праведностью люди считали себя грешнее всех грешников. А ап.Павел, говоря о грешниках, счел верным сказать : «От них же первый есмь аз (из которых я первый)» (1Тим1.15).

Об отношении того или иного человека к Богу легко и просто можно узнать, руководствуясь словами: «Если кто говорит, что любит Бога, а брата своего ненавидит, то лжет. Ибо не любящий брата своего, которого видит, Бога, которого не видит как может любить?» (1Ин 4.20)

Но любовь лежит в основе всех добродетелей, которые без нее и существовать бы не могли как по отношению к ближнему, так и по отношению к Богу. А лживость питает все грехи без изъятия и без нее их просто не было бы «Всякий, делающий грех, раб греха» (Ин 8.34) «Он (дьявол)… в истине не стоит, ибо нет в нем истины. Когда говорит он ложь, то говорит свое, ибо он есть ложь и отец лжи» (Ин8.44).

Поэтому всякая добродетель является проявлением благочестия, ибо ею человек делает угодное Причине всех благ. А почести, поклонения, благодарения могут быть выражены не только одними и теми же словами, но и одними и теми же делами. Правда, в различных обстоятельствах и слова, и дела по необходимости бывают различны, но есть одно дело, зависящее не от обстоятельств, а от душевного расположения по отношению к окружающим. Заключается же оно в следующем: по общепринятому в Православной Церкви мнению, отношение к образу переносится на первообраз. Так, например, отношение к иконам переносится на тех святых, лики которых на иконах запечатлены.

Человек же создан по образу Божию, который никоим способом ни окружающими, ни самим человеком, ни полностью, ни частично не может быть изъят из него. Душу человеческую можно исковеркать, изуродовать грехами, сделать больной или, лишив способность различать добро и зло, низвести на уровень бессловесных, но не лишить ее ни образа, по которому она сотворена, ни отдельных черт этого образа. Поэтому отношение к любому человеку распространяется или переносится на Первообраз его.

Из этого следует, что признательность, благодарность, угождение (но не угодливость) и любые добродетели, проявляемые в отношениях с людьми могут рассматриваться как проявления благочестия, если при этом не упускать из вида, что любой человек является носителем образа Божия.

Учить людей благочестию всегда вменялось в обязанность священнослужителям. В настоящее время большинство священников либо пренебрегают этой своей обязанностью, либо даже и не знают о ней. Внимание таковых священников хочется обратить на 58 правило св. Апостолов:

«Епископ, или пресвитер, нерадящий о притче и о людях, и не учащий их благочестию, да будет отлучен. Аще же останется в сем нерадении и лености: да будет извержен.»

Таким простым путем священники и становились обыкновенными извергами.

Благодеяния оказываемые человеку и могущие склонять его к благочестию исчислить практически совершенно невозможно. Кратко, просто и ясно об этом говорится в Евангелии: «Ибо я был голоден и вы дали мне есть; жаждал и вы напоили меня; был странником и вы приняли меня; был наг и вы одели меня; был болен и вы навестили меня; в темнице был и вы пришли ко мне». (Мр 25.35;36). В ответ на недоумение слушающих эти слова Царь сказал: «…. истинно говорю вам, что сделав это одному из этих братьев моих меньших, сделали мне» (Мф25.40).

К благодеяниям можно отнести и дарование жизни, и всего, потребного для ее поддержания: здоровье душевное и телесное; дарование способностей; постоянную заботу или, вернее сказать, опеку Ангела-Хранителя; возможность, после окончания жизни временной, воскреснуть к жизни вечной; исцелении разнообразных недугов.

И молитва даруется о том, чем сам Господь хочет облагодетельствовать человека, и побуждения на благие дела, совершаемые по послушанию заповедям, а не собственным несовершенным желаниям. Во всем видна забота, обусловленная Любовью.

Основная и далеко не всеми замечаемая опасность на пути учащихся жить благочестиво состоит в том, что все благое, дарованное им, они приписывают своим личным заслугам, полагая, что сами себя улучшают, возвышают, одухотворяют и, в конечном счете, спасают.

Но, с одной стороны, они пренебрегают или упускают из вида слова о том, что самому человеку спастись невозможно «Богу же все возможно» (МФ19.25) и о том, что «делами не оправдается ни одна плоть» (Рим3.20).

А, с другой стороны, эти люди желают не видеть, что идут по пути гордости и самообольщения поскольку этот путь лестен, легок и приятен для них. И не хотят они осознать, что путь этот может привести их к прелести, которая всегда расценивалась как крайне бедственное и крайне трудно исцеляемое состояние души.

К тому же люди, прося о милости, ведут счет своим молитвословиям и считают, что именно этим очищают себя от грехов, а не душевным расположением, и не понимают, что милости может просить безусловно и неизбывно признающий себя грешным. Обычно они полагают, что заслуживают милость молитвой не понимая того, что заслуженное дается не по милости. И самим этим отношением молясь о помиловании лишают себя милости.

Некоторые слова, дела и отдельные поступки издавна расценивались, как неопровержимые свидетельства благочестия. Но как, по словам св. Игнатия (Брянчанинова) могут быть лжехристиане, отличающиеся от христиан не какими-либо внешними, поведенческими признаками, а душевным устроением, точно так же могут быть и носители лжеблагочестия. Воспроизводя внешне то, что свойственно благочестию они добиваются признания их показного благочестия истинным и, вводя простодушных людей в заблуждения, соблазняя их на подражание. Но люди, подражая произвольно внешнему, невольно усваивают и внутреннее: лживость, притворство и лицемерие которым обусловлено лжеблагочестие, основанное на самомнение, заносчивости и ищущее почестей себе, а не Богу.

Обычно такое случается с людьми, отдающими предпочтение не душевно-духовной, а душевно-телесной (материальной) ориентации. Материю же нет ни малейшей возможности представить не имеющей формы. Поэтому ориентация на форму приводит к формализму, которым, в конечном итоге, полностью выхолащивается сущность, имеющая духовную природу. Соблюди форму благочестия – и можешь быть сочтен людьми праведным или благочестивым, что льстит человеку и возвышает его в его же собственных глазах. Учить же благочестивому расположению души может, по видимому, только тот, кто сам благочестив.

Как это ни странно, основанием для такого самообольщения является мечтательность и – справедливость. Но справедливость не как нравственное качество, а как ощущение соразмерности между своими мечтательными достоинствами и заслугами и воздаянием за них. И в высшей степени лестно обнаруживать перед людьми или самому ощущать духовность и праведность своих дел, привлечение ими духовных дарований и свою приобщенность к духовному миру. Последнее может выражаться в лестном общении со льстивными обитателями духовного мира. Просто и пре’лестно!

На этом представляется возможным завершить вводное знакомство с благочестием.




В мире будете иметь скорбь;

но мужайтесь: я победил мир.

Ин 16: 33

 

«В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Все через Него начало быть ...» (Ин 1: 1-3). Словом Божиим создана вся Вселенная и, поскольку Бог это Жизнь и слово Его животворно (животворны), то Им дарована жизнь всем тварным существам; во всем видимом творении Слово воплотилось ...

Человек, его душа, создана по образу Божию. Это проявляется в том, что душа свободна, разумна и бессмертна; в том, что как нераздельны и неслиянны Бог-Отец (Любовь), Бог-Сын (Слово) и Бог-Дух Святой (Жизнь), также и в душе человеческой нераздельны и неслиянны ум, мысль, выражаемая словом, настроение (дух) проистекающее от ума через мысль; в том, что каждый человек – личность, а не винтик машины любой сложности, и будучи образом Божиим и получив, в это личностное самоопознание от Первообраза, человек имеет право и обязан иметь свое личное отношение ко всему окружающему; наконец в том, что в поступках человека и обстоятельствах его жизни естественно и неуклонно воплощается его личное отношение и к себе самому, и к окружающему его многообразию жизни.

Первой ступенью воплощения человеческих желаний и потребностей является слово, которое само по себе плотью не обладает, но производится плотью говорящего, материальной средой передается и материей же (плотью слушающего) воспринимается. Из слов складываются мысли, мысли преобразуются в замыслы, замыслы претворяются в дела.

Та Россия, которая уже ушла в прошлое, но о которой мы еще помним и грустим, сложилась и развивалась в теснейшем единении с Православной Церковью. Можно даже сказать, что, как душа и тело в человеке, так Россия и Православие соединены нераздельно и неслиянно. И в Русской культуре (архитектуре храмов и городов, музыке и живописи) нашли свое воплощение созидавшиеся именно православием мышление и отношение к жизни, Православию всегда было присуще глубокое и тонкое различение добра и зла, присуще понимание того, что главное – побуждение души, которым руководствуется человек, его расположение, а не дела, совершаемые его телом; ведь легко понять, что, как учили святые отцы, дела милосердия равно могут совершать и любовь, и – тщеславие; что «... извнутрь, иэ сердца человеческого, исходят злые помыслы, прелюбодеяния, любодеяния, убийства, кражи, лихоимство, злоба, коварство, непотребство, завистливое око, богохульство, гордость, безумство» (Мк 7: 21-22), И желающему выправить свою жизнь заповедано: « очисти прежде внутренность чаши и блюда, что бы была чиста и внешность их» (Мф 23: 26). В русском языке нашли свое отражение тончайшие движения и состояния души православного человека: тоска, печаль, уныние – это сожаление о том, что, соответственно, настоящее, прошлое, будущее не такое, как бы хотелось человеку; жадность, скупость, бережливость – соответственно, желание приобретать, удерживать или готовность не растрачивать зря материальные ценности. Достаточно легко ощущалось или осознавалось различие между терпением – и терпимостью, храбростью – и смелостью, прощением и – оправданием, негодованием и – гневом, обличением и – осуждением. В этих словах отчетливо воплотилось утраченное ныне различение внешне схожих, но духовно несовместимых состояний и качеств души, Св. отцы говорили, что человек, не различающий добра и зла, находится на уровне бессловесных. На каком же уровне находятся люди и не желающие научиться этому различению? Кто, зачем и почему низвел моих соотечественников на уровень гуманоидов, ищущих «гуманитарной помощи»? И что же произошло с великой не своими территориями, а своим православным духом Россией и с русским человеком?

Для того, чтобы хотя бы попытаться ответить на эти вопросы, необходимо назвать вещи своими именами и дать им оценку. Сделав это, легче будет понять, воплощению чего мы являемся свидетелями или участниками.

«Не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево худое приносит плоды добрые» (Мф 7: 18). Плоды руководства Россией атеистами до настоящего времени настолько очевидны, что нет нужды в детальном рассмотрении того, что и кем конкретно совершалось на каждом отдельном отрезке времени. Больше всего пострадала Россия, на которой и за счет которой держался СССР, а сейчас держится РФ. Но «... как может кто войти в дом сильного и расхитить вещи его, если прежде не свяжет сильного? И тогда расхитит дом его» (Мф 12: 30). И Россию расхищали и расхищают. Поведение современного нам руководства во всем, что не касается их личных притязаний, настолько создает иллюзию бессмысленности и бесцельности, что возникает соблазн отнести к ним слова: «Но слышим, что некоторые у вас поступают бесчинно, ничего не делают и суетятся. Таковых увещеваем и убеждаем Господом нашими Иисусом Христом, чтобы они, работая в безмолвии, ели свой хлеб» (2 Фес 3: 11-12). Правда обвинить руководителей РФ в некомпетентности и бессмысленности может лишь тот, кто ждет от них полезных для русского народа действий. А вот желающий развалить страну и уничтожить, развратить и поработить народ вряд ли изошрится измыслить что-либо более вредоносное, чем то, что делают наши руководители самых различных уровней. Поэтому правильнее, видимо, считать, что они достаточно талантливые и грамотные враги русского народа и должны нести за это ответственность. Сказано, что «... всякое царство, разделившееся само в себе, опустеет; и всякий город, или дом, разделившийся сам в себе, не устоит»(Мф 12: 25). Вот и видим мы, как старательно всевают в души русских людей вражду друг к другу, разделение по профессиональным, территориальным, возрастным, социальным и всяким иным признакам, а люди принимают и взращивают эти посевы, не зная, что «если друг друга угрызаете и съедаете, берегитесь, что бы вы не были истреблены друг другом» (Гал 5: 15).

Таким образом, очевидно воплощение враждебного отношения к России и к русским людям со стороны атеистов и есть все основания считать их врагами русского народа. Атеисты потому и нехристи, что «... всякий, делающий злое, ненавидит свет и не идет к свету, чтобы не обличились дела его, потому что они злы» (Иак 3: 12). От тех, кто не идет к свету, к православию, не приходится ожидать вообще ничего хорошего уже хотя бы потому, что «... один источник не может наливать соленую и сладкую воду» (Иак 3: 12).

Что жизнь в нашей стране не сладка острее всего сознают и ощущают ветераны войны и труда, отдавшие работе на нехристей или служению им все силы. «... Кто принимает пророка во имя пророка, получит награду пророка; и кто принимает праведника во имя праведника, получит награду праведника» (Мф 10: 41). А кто принимает нехристя во имя нехристя, получает и будет получать «награду» нехристей ... Страдают дети, которым воздается за грехи родителей до третьего поколения. Атеист может упрекнуть Бога в наказании невинных, в безжалостности. Но, простите, кто виноват в мучениях ребенка: врач, который предупреждал о пагубности пьянства для здоровья детей или алкоголик, который несмотря на предупреждения, продолжал «нажираться»? Всем прочим можно сказать: «Желаете и не имеете; убиваете и завидуете – и не можете достигнуть; препираетесь и враждуете, и не имеете, потому что не просите. Пpoсите, и не получаете, потому что просите не на добро, а чтобы употребить для ваших вожделений (Иак 4: 2-З).

В России разруха, дороговизна, отравленная природа, падение численности только русского населения. Такое бывает в результате войны. Но если есть результат войны – не может не быть самой войны, войны без фронтов, необъявленной, подлой, в которой избиваются незащищающиеся. Если же война, то и время сейчас военное, и армия обязана защищать Отечество и соотечественников, Россию и русских. А то, что для армии Отечеством является Россия, легко понять по отношению к ней в бывших республиках бывшего СССP. В военное время любые действия любого командира препятствующие выполнению армией своих задач и служащие интересам врага, расценивались однозначно: предательство. При этом не имело значения, кем оно совершалось: маршалом или рядовым и в чем конкретно оно воплотилось: в передаче сведений врагу, в деморализации личного состава, в выводе из строя или сдаче врагу техники или вооружения, в любых других действиях снижающих боеспособность частей и подразделений, Как поступать в военное время с предателями и кто должен принять на себя командование знает каждый офицер.

Больно сознавать в каком положении оказались русские военнослужащие и их семьи за пределами России. Да и не только военные – просто: русские. Но почему же такая повсеместная неприязнь именно к русским? Почему снова и снова обсуждается «национальный» вопрос? Только потому, что практически каждый русский, даже не будучи религиозным человеком, сохраняет в своей душе склонность к православию. Также «неверующий» еврей сохраняет склонность к иудаизму, а узбек – к мусульманству. Это естественно. А вот доброе отношение со стороны язычников, мусульман, атеистов, иудеев и других иноверцев к православному духу, к русскому духу противоестественно; в конечном счете, просто невозможно: необходим выбор – либо православный должен отречься от Христа, либо иноверцы – принять Его. Действительно, представьте себе, что вы вместе с человеком, которому обязаны своим благополучием и самой жизнью, пришли в дом, где вас принимают, а вашего благодетеля просят подождать на лестнице. Или, напротив, к вам пришли люди, которые просят вашего друга «погулять», пока они с вами будут беседовать. В обоих случаях ситуация потребует бескомпромиссного решения. А теперь представьте, что отношение к гипотетическому благодетелю – это отношение к Спасителю.

Вот и получается, что «национальным» вопросом прикрывается вопрос только религиозный и ведущаяся против России и русских война – война религиозная. Ибо сказано: «... будете ненавидимы всеми за имя Мое» (Лк 21: 17). А тому, кто по тем или иным причинам пренебрег верой своих предков и изменил ей и Христу, не грех напомнить, что «... горе тому человеку, которым Сын Человеческий предается: лучше было бы этому человеку не родиться» (Мф 26: 24).

Правда, человеку со всей его немощностью, заповедано: «Если же согрешит против тебя брат твой, выговори ему; и если покается, прости ему; и если семь раз в день согрешит против тебя и семь раз в день обратится и скажет: каюсь – прости ему» (Лк 17: 2-4). Конечно, Божия милость к людям неисчерпаема, особенно к кающимся. Но много ли таких, которые подобно блудному сыну, способны сказать: «Отче. Я согрешил против неба и перед тобою» (Лк 15: 18)? Да и нужно ли покаяние, когда очевидно злые люди – воры, проститутки, взяточники – живут припеваючи, а пытающиеся сохранить порядочность подвергаются различным неприятностям? Нужно, потому, что «... все, желающие жить благочестиво во Иисусе Христе, будут гонимы. Злые же люди будут преуспевать во зле, вводя в заблуждение ...» (2 Тим 3: 12-13). И преступники в наше время остаются в России безнаказанными так же, как во времена Пилата остался безнаказанным убийца Варавва: тогда иудеям было не до преступника, т.к. они желали распять Христа, а сейчас их духовные или кровные потомки в России желают уничтожить православие. «И сделались в тот день Пилат и Ирод друзьями между собою» (Лк 23: 12) и сделались в наше время соучастниками в борьбе с православием ранее противоборствовавшие между собой силы.

Пока человек живет, его телесное здоровье зависит от состояния его души: здоровая душа оживотворяет тело и поддерживает его здоровье. «»Заболевает» душа грехами – и это может быть причиной телесных болезней, Когда же душа покидает тело, оно умирает. Душа нашей России – православие, и, обратив внимание на душу, можно судить о состоянии России.

Душой наша страна занедужила давно, еще со времен Петра I. Недаром он так люб атеистически настроенной части интеллигенции.

До 1917 г. народ, в подавляющем большинстве своем неукоснительно держался православия, а в 1917 соблазнился посулами сытости, богатства, безбедности. Легко можно вспомнить, что революционные лозунги – это то, чем искушал Спасителя в пустыне сатана. Еще легче было бы оставить захвативших в нашей стране власть нехристей в изоляции хотя бы на основании слов: «Кто приходит к вам и не приносит сего учения, того не принимайте в дом, и не приветствуйте его. Ибо приветствующий его участвует в злых делах его» (2 Ин 1: 10-11). «Завещаем же вам, братья, именем Господа нашего Иисуса Христа удаляться от всякого брата, поступающего безчинно, а не по преданию, которое приняли от нас» (2 Фес 3: 6). «Чтоб не было между вами нечестивца, который бы, как Исав, за одну снедь отказался от своего первородства» (Евр 12: 16).

Конечно, лучше было бы, если бы руководствовались словами Св. Афанасия Великого: «Не позволительно убивать: но убивать врагов на брани и законно и похвалы достойно». И. Зонара, признанный Церковью толкователь правил Св. Отцев, говорит, что, по свидетельству самого Василия Великого, не причисляли к убийцам древние отцы тех, кто убивал варваров на войне, ибо, если будут господствовать варвары, то не будет ни благочестия, ни целомудрия: благочестие они отвергнут, чтобы утвердить собственную религию, а в целомудрии никому не дозволено будет подвизаться, т.к. все будут принуждены жить так, как они живут».

Уже поздно сейчас говорить об этом, но горькая истина этих слов очевидна всем не варварам. Необходимо отметить, что ранее православные к варварам относили всех тех, кто не просвещен православной верой, а к врагам – тех, кто к ним относился враждебно, ибо сами они ни на кого не враждовали по заповеди «... любите врагов ваших». Но ослабела вера, и в России фактически все захвачено варварами, которым не противостоит обольщенный ими народ.

В каком же состоянии пребывает "душа" России – православие: миряне, иереи, архиереи, Патриарх?

Среди тех, кто осмеливается именовать себя православными христианами попадаются верящие в переселение душ, увлекающиеся космическими энергиями, целительством и НЛО; считающие необязательным посещение храма и, наконец, даже не читавшие Евангелия. Эти «верующие» забегают в храм в неподобающем виде. Их не интересует что происходит в храме – они, посещая храм и ведя себя так, как им заблагорассудится, чуть ли не одолжение Богу делают. Если же Евангелие знакомо им, то они не понимают, что фактически являются не христианами, а язычниками, постоянно нарушающими заповедь: «Итак не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или: что нам пить? или во что одеться? потому что всего этого ищут язычники ... Ищите же прежде всего Царствия Божия и правды Его, и это все приложится вам» (Мф 6: 31-34). Ссылаясь на современные обстоятельства они дополнительно грешат самооправданием, не понимая, что поиск Царствия Божия – это, прежде всего, стяжание добродетелей. А какая практическая деятельность окажется бесплодной при наличии у человека таких добродетелей как честность, трудолюбие, осторожность, рассудительность, целеустремленность, ответственность, предусмотрительность и т, д.? Кроме того, Свеодор Студит прямо говорит, что нарушители духовных законов «которые ссылаются на времена и дни и поколения, пусть ... бесстыдно разорвут Евангелия, свидетельства и заповеди Господни, и все Богопреданные письмена» или «пусть обвиняют собственное нерадение и невоздержание».

Что же касается иереев, которым вверена забота о религиозно-нравственном воспитании мирян, то на многих из них особенно рассчитывать не приходится. Неверный в малом естественно не может быть верен в большом, И как те, кто не в состоянии обеспечить видимое должное поведение в храме во время богослужения, смогут укрепить должное состояние человека, находящегося в миру и по необходимости занятого мирскими делами? Непосредственное приведение к порядку или выдворение из храма тех, кто одет или ведет себя непристойно, конечно, не является обязанностью священника. Но почему не восстанавливается предназначенная именно для этого должность уставника? «не написано ли: дом Мой домом молитвы наречется для всех народов? А вы сделали его вертепом разбойников» (Мк 11: 17).

Для того, что бы судить о том, каковы в настоящее время епископы, достаточно ознакомиться с некоторыми правилами Святых Отцев и Святых Апостолов.

Святых Апостолов Правило 30: «Аще который епископ мирских начальников употребив, чрез них получил епископскую в церкви власть: да будет извержен и отлучен, и все сообщающиеся с ним».

Святых Апостолов Правило 45: «Епископ, или пресвитер, или диакон, с еретиками молившийся токмо, да будет отлучен» (к еретикам Церковь относит и католиков, и протестантов).

Святых Апостолов Правило 81: «Рекли мы, яко не подобает епископу или пресвитеру вдаватися в народные управления, но неукоснительно быти при делах церковных. Или да будет убежден сего не творити, или да будет извержен, ибо никтоже может двум господам работати, по Господней заповеди».

IV Вселенского Собора Правило 24: «Да не будет дозволено кому-либо из числящихся в священном чине или монахов придерживаться сценических игр. Если же кто будет обличен в этом, тот пусть или перестанет или будет извержен».

Из правила Св. Василия Великого 89: «Весьма болезную, яко правила отеческие оставлены и всякая строгость изгнана из церквей. И боюся, чтобы дела церковные не пришли в совершенное замешательство».

О делах Святейшего Патриарха Алексия II судить не имею права по правилу Святых Aпостолов 75 «Во свидетельство против епископа не принимать еретика: но и верного одного недовольно. На устах двоих или троих свидетелей твердо станет всяк глагол...». Но в моем свидетельстве нет нужды. Неоднократно к Алексию II обращались монахи, иеромонахи, клирики, в том числе епископы, настоятельно просившие об изменении позиции Московской Патриархии, которую они не видели оснований расценивать иначе, чем еретическую (экуменическую). Упомянутая позиция, с их точки зрения, способствует отвращению прихожан от истинной Церкви, росту религиозного индифференцизма, нарушению церковных канонов, пример чему подают сами клирики, увлеченные экуменизмом. И все это, вместе взятое, если не прямо разлагает, то, во всяком случае, способствует снижению нравственности народа.

Может показаться, что об этом не время говорить, но возрождение России невозможно без восстановления не любой, а именно православной нравственности. Задача эта посильна только Православной Церкви, соблюдающей чистоту православия и помнящей слова: «Думаете ли вы, что Я пришел дать мир земле? Нет, говорю вам, но разделение» (Лк 12: 51). «Не любите мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей» (1 Ин 2: 15), «Не знаете ли, что дружба с миром есть вражда против Бога. Итак, кто хочет быть другом миру, тот становится врагом Богу» (Иак 4: 4).

Такая Церковь, также как отдельный священник возрождает грешников к жизни в таинстве исповеди и покаяния, могла бы возродить Россию, которая пока что даже не имеет своего правительства. Тувинцы, буряты, карелы, входящие в состав РФ, имеют каждый свое правительство, отстаивающее перед правительством РФ интересы своего народа, На России держится РФ – но русского, заботящегося именно о России, правительства нет ни в административном, ни в национальном аспекте.

Итак, возродить Россию могла бы только Церковь, обретшая чистоту и крепость, в противном случае, направление того недальнего и непродолжительного пути, который предстоит пройти России и Церкви, в конце которого Антихрист, как говорит Иоанн Златоуст, «... отвергнет всех богов и велит поклоняться себе вместо Бога, и будет восседать в храме Божием – не в Иерусалиме только, но повсюду в церквах» достаточно ясно: это обмирщение и гуманизация церкви и дальнейшее падение нравственности населения страны.

Подводя итог всему сказанному можно признать, что мы являемся свидетелями глобального распространения и укрепления безнравственности и ее воплощения во всех сферах человеческого бытия – личного и общественного; как умаляется вера и крепнут антирусские антиправославные настроения и действия.

Скорее всего Россия обречена: среди политиков не видно Александра Невского, среди граждан – Минина и Пожарского, среди православных – святых ревнителей чистоты православия подобных св. Сергию Радонежскому. Ждать их уже не приходится: слишком много признаков, указывающих на близкий конец света, которому будут предшествовать опустошительные войны.

Мне могут возразить, что этот самый конец света неоднократно ожидался и что сроки его никому не известны. Я же могу, в свою очередь, привести слова Спасителя: «Лицемеры! Лице земли и неба распознавать умеете, как же времени сего не узнаете?» (Лк 12: 56). Указав же на признаки конца, Иисус Христос заповедал: «Так, и когда вы увидите то сбывающимся, знайте, что близко царствие Божие» (Лк 21: 31), а Апостол Петр предупредил, что «... в последние времена явятся наглые ругатели ... говорящие: где обетование пришествия Ero? Ибо с тех пор, как стали умирать отцы, от начала творения, все остается так же» (2 Пет 3: 3-4).

Но величие России и ее значение для судеб всего мира, интуитивно ощущаемое многими русскими людьми, указанным не умаляется. Россия – это последнее реальное препятствие на пути уже идущего к всемирной власти Антихриста. Его воцарению, скорее всего, кроме «всемирной» религии, невольно будет способствовать участие России во всевозможных «всемирных» организациях, в которые ее активно втягивают, связывая разнообразными обязательствами. Сейчас она, как оглушенный взрывом солдат: соратники его погибли, защищаемая им деревня сожжена, помощи, кроме как от Бога, ждать неоткуда ... Но к нему возвращается сознание и он снова, уже в последний раз, ложится к пулемету. Для всего мира Россия – это те десять (или уже всего пять) праведников, ради которых Господь готов был пощадить Содом и Гоморру, и уничтожающие Россию и православие должны помнить, что они навлекают гнев Божий на всю Землю. В том числе и на самих себя. Да и по какой справедливости могут претендовать на благополучие те, кто отвергает или прогневляет Благоподателя? Понятно, что людей безбожных, привязанных ко всему земному, сказанное может привести в уныние. Не так у православных. Их произволение, по мере их сил, не противоречит словам Христа: «Огонь пришел Я низвести на землю, и как желал бы, чтобы он уже возгорелся!» (Лк 12: 49). Кроме того, «когда же начнет это сбываться, тогда восклонитесь и поднимите головы ваши, потому что приближается ваше избавление» (Лк 21: 28), В наших земных делах «... будем делать добро всем, а наипаче своим по вере» (Гал 6: 10).

Что же касается войны, которая фактически уже ведется, а где лихорадочно готовится против русских – то не русские искали ее и начинали. Необходимость заставляет русских, в которых еще сохранилось человеческое и национальное достоинство, защищать всеми доступными средствами своих соотечественников и единоверцев, не щадя собственной жизни, во всякое время и на всяком месте, ибо «если угодно воле Божией, лучше пострадать за добрые дела, нежели за злые» (1 Пет 3: 17).

Всякий нормальный человек будет защищать свою мать от поругания живую или мертвую. Так же и мы должны относиться к нашей России-матушке, быть может отдавая ей наш последний сыновний долг. Ждать об этом распоряжения от руководящих нами иноверцев и инородцев нелепо и нет необходимости, как нелепо просить благословения следовать заповедям. «Сия есть заповедь Моя, да любите друг другаак Я возлюбил вас. Нет больше той любви, как если кто положит душу свою эа друзей своих» (Ин 15: 12-13). Этими словами всегда руководствовалось православное воинство. Этих слов достаточно и тем, кто соблазнится посулами земных благ. Каждый сам должен решать, как эти слова воплотить в жизнь, и каждый должен помнить, что, безропотно перенося скорби или самоотверженно защищая ближних своих, человек приносит пользу только тогда, когда совершает это не ради любых земных благ, не по тщеславию или любованию собой, а ради Бога.

 

Май-июнь 1992 года



События и процессы, совершающиеся в нашей стране, мало для кого безразличны. Они привлекают к себе внимание и друзей и врагов России. Каждый пытается в них разобраться, но почти никто не обращает внимания на причины происходящего, а без осознания этих самых причин вряд ли удастся понять все то, с чем мы сталкиваемся в жизни и сформировать свою четкую, определенную позицию.

Разумеется, рассмотрение невидимых, скрытых или просто не очень заметных причин того, что мы наблюдаем в видимом мире, целесообразно только с точки зрения православного человека.

Трудно разбираться в большом, не разобравшись в малом. Жизнь огромной страны несет в себе жизненные пути всех ее граждан и, наоборот, жизнь каждого отдельного человека оказывает влияние на формирование жизни целого государства точно так: же, как большая река несет в себе массу ручейков и речушек, но ими же и формируется, от них зависит. Поэтому, рассмотрев, чем определяется, в пределах посильного и доступного, жизнь практически каждого человека, мы легче поймем то, что происходит.

Любой здраво мыслящий человек, даже не, имеющий никакого специального образования, опираясь только на свой личный жизненный опыт, легко согласится с тем, что высказывания и поступки жадного человека диктуются его же жадностью, трусливого – его трусостью, хвастливого – хвастливостью и т.д. Человек последовательно осмысляет – обсуждает, совершает поступки, в которых воплощаются, обретают плоть, доминирующие черты его личности. Говоря иными словами, в жизни каждого человека воплощаются его же отрицательные и положительные черты, его греки и добродетели.

Люди, обладающие сходными нравственными качествами, положительными или отрицательными, естественно испытывают друг к другу тяготение и, поскольку сходные душевные качества предполагают сходные внешние цели, легко объединяются в сообщества, чему примером могут служить преступные группировки, всевозможные клубы, политические партии. Эти сообщества формируют свою, основанную исключительно на нравственных качествах, идеологию и распространяют ее, используя все доступные средства: пропаганду, принуждение, соблазн и т.д. Но идеология – это объяснение, оправдание и научение деятельности, которая, опять таки, преследует нравственные цели. Поскольку их деятельность, как и каждого отдельного человека, основана на нравственности, то мы имеем полное право судить о любом сообществе по целям, которые они себе ставят – и по плодам их деятельности узнавать их. Очевидно, что к совершению преступлений может привести только преступная идеология, и очевидно также, что идеология любого вора или убийцы – преступна, иначе преступление не было бы совершено. Утраченное людьми, с уходом из нашей жизни православия, понимание значимости нравственной оценки происходящего, привело к неспособности разбираться в самых элементарных вещах. Так, например, деятельность КПСС принесла нашей стране больше бед, чем нашествие Наполеона и Гитлера, вместе взятые. Преступления этой партии против собственной страны и ее народов, в особенности против русского народа, практически не поддаются исчислению.

Такое изобилие и разнообразие преступлений может быть обусловлено только сверхпреступной идеологией. И, в то же время, принять эту идеологию может только преступник. Сказанное совершенно не предполагает одинакового отношения ко всем коммунистам: одни принимали членство в КПСС по слабости, другие – по недомыслию и обманутости, а третьи – по свободному произволению. Но все они преступники и предатели собственного народа. Так вот, преступления и преступники налицо, а в Конституционном суде, тем временем, обсуждаешься вопрос: насколько законен запрет деятельности коммунистов? Но какими законами должны руководствоваться судьи в решении беспрецедентного вопроса, и что такое закон как таковой?

Всякий закон имеет своей целью нормализацию жизни общества, и защиту тех интересов каждого гражданина, которые не приносят вреда другим отдельным членам общества и всему обществу в целом. Но тогда представляется очевидным, что закон предъявляет людям, прежде всего, нравственные требования. Только этим можно объяснить то, что ответственность за нарушение закона наступает даже при незнании закона, ибо нравственность не зависит от наличия знаний, в том числе и юридических. А в «законах», действующих на территории нашей страны нашло воплощение противопоставление интересов честных граждан и дорвавшихся до власти преступников, нашло воплощение желание связать народ по рукам и ногам из страха перед ним. Законы наши не упорядочивают любую деятельность человека, а либо прямо запрещают ее, либо поощряют то, что препятствует этой деятельности, либо создают условия, при которых эта деятельность делается нецелесообразной экономически.

При этом все вопросы разрешаются сами собой, и все препятствия устраняются, если человек соглашается пренебречь нравственностью, если он соглашается лгать, красть, делиться краденным, давать взятки. Попросту говоря, наши законы прямо толкают людей на нарушение любых законов, на отвержение всех положительных нравственных качеств.

Законы эти созданы не сегодня и не вчера. Их вбивали в нашу жизнь 75 лет те люди, чья мерзость ныне всем хорошо известна. Безнравственность их нашла себе место в законах, воплотилась в них, т.е. была узаконена.

Но нельзя бороться с преступниками на основании традиций преступного мира, как нельзя противостать последствиям правления коммунистов, опираясь на созданные ими законы. Предполагающего возможность такой нелепости можно было бы уподобить человеку, который допускал бы возможность борьбы с гитлеровской армией на основании законов Третьего Рейха.

Впрочем, законы, по сути своей, не могут быть безнравственными, ибо в этом случае, рано или поздно, наступает беззаконие, которое мы можем сейчас наблюдать повсеместно, и видим всемерную поддержку, оказываемую беззаконию нашими правителями. Их мораль можно охарактеризовать коротко: если безнравственно причинять вред одному человеку, то сколь же безнравственнее обманывать, обкрадывать и развращать целый народ? Если считать, что следующие коммунистической идеологии есть реальные или потенциальные преступники, та насколько же преступнее те, кто предал своих же сообщников-коммунистов? Совесть у них и ранее была не человеческая, а партийная, т.е. бесчеловечная, а не осталось даже такой. Уже хотя бы поэтому ждать от них элементарной порядочности, призывать к ней и даже требовать ее бессмысленно.

Никакие лозунги, речи, демонстрации не отгонят чавкающую свинью от корыта с пойлом. Также подобные мероприятия не способны заставить отказаться от власти наше правительство. Да и с какой стати отказываться? Врачу угрожает суд за вредные для больного действия, шоферу грозит тюрьма за совершенную аварию, а этим, приведшим к катастрофе целую страну, «грозит» отставка и пенсия. Почему так? По какой человеческой справедливости?

Проводимые в стране реформы облечены в красивые слова. Когда же видишь вокруг себя плоды этих реформ, делается больно и страшно. Еще страшнее делается, когда слышишь о необходимости углубления этих реформ.

Безнравственность нынешнего правительства воплощается не только во внутренней, но и во внешней политике. Все-то оно страстно желает сохранить дружеские отношения с правительствами тех стран «ближнего зарубежья», на территории которых ведется прямая война против русских – а, следовательно, против России. Оно еще военную технику и оружие, созданные русскими людьми, этим странам передают. Очевидно, что такая политика приносит больше крови и горя, чем прямое противостояние наглости и неблагодарности бывших «братских» республик.

Пока еще на такое противостояние у России есть силы. Живы еще традиции, которые позволяли русским образумить всех тех, кто враждебно относился к России. Видимо, это больше всего и беспокоит временно имущих власть в нашей стране. Видимо поэтому нас продолжают кормить обещаниями, упрашивая потерпеть да подождать. В общем, именно к этому сводилась политика инородных властей по отношению к нашему народу: сегодня не протестуйте против очевидной подлости, а завтра вам за это жрать дадут. Другими словами – продайте свою душу и свою совесть за тот кусок хлеба, которого вас все равно, в конце концов, лишат.

Но все сказанное – это человеческие суждения. На самом же деле все происходящее в нашей стране законно и справедливо. В жизни нашего народа воплощается, пусть принудительно, внедренная и принимаемая народом безнравственность или, по православному, греховность, низводящая людей на уровень бессловесных скотов, не различающих добра и зла. Это является неизбежным результатом незнания Евангельских заповедей, пренебрежения ими, как чем-то второстепенным или прямого их отвержения. В настоящее время даже ярые атеисты не отрицают, что эти заповеди приводят к нравственной чистоте, что они ведут к добру, что они добры. А отрицание добра или пренебрежение им и есть зло в самом широком смысле этого слова. Чего же доброго нам можно ждать от окружающих, в том числе и от наших правителей, если даже в своей личной жизни мы не ищем доброго? Если мы, опасаясь малейших неприятностей, не делаем даже попыток противостать злу не разговорами на кухне или на митинге, а конкретными делами?

Да, наши структуры власти преступны сверху донизу. Иначе и быть не может, хотя бы потому, что ни один подлец-руководитель не сможет в своей деятельности опираться на подчиненного, который просто элементарно честен и порядочен. Власть – одно, а народ – другое. И никакой власти не может существовать без народа. И совершают свои преступления наши правители руками каждого из нас – против всех, а руками всех против каждого. Руками простого честного тракториста запахивается неубранная картошка на полях, целомудренные девушки продают порнографическую литературу, порядочные сотрудники милиции охраняют покой кавказского спекулянта, торгующего тамбовской картошкой, а не тамбовского крестьянина, которого принудили эту картошку продать по дешевке бандиты. Таких примеров можно привести много. Все эту мерзость видят, все ждут, что кто-нибудь наведет порядок – а пока большинство с этим мирится.

Но вспомните, наконец, русские люди, хотя бы то, что мы – один народ, что мы едины, хотим мы этого или нет, понимаем или не понимаем. Вспомните, что приносящий вред моральный или физический, любому русскому и в любом месте, приносит этот вред и вам. Поймите, что всякая безнравственность вредоносна и тот, кто ради личного благополучия мирится с ней, закладывает основу собственного неблагополучия, собственной обездоленности. Мы будем разлагаться духовно и нищать материально до тех пор, пока каждый из нас не противостанет злу, пока каждый из нас не прекратит свое личное содействие злу. Для этого необходимо смирение перед Божией волей, переданной нам в заповедях, и перед необходимостью ей следовать. Вдумайтесь, ведь только смирение делает человека самоотверженным, храбрым, честным, бескорыстным, только смирение дает человеку силы распознавать зло, обличать его и противостоять ему, даже если оно проистекает от нашего же правительства. Только смирение позволит нам не ждать, пока кто-то сверху сделает нашу жизнь достойной, а самим выправить ее.

 

Октябрь-ноябрь 1992 года



В нашем, утратившем духовность, обществе все обращают внимание на внешнее поведение людей, на их слова и поступки, а не на их внутреннее душевное расположение и цели, не на их точку зрения. А ведь именно от точек зрения, от внутреннего состояния души, зависят наши дела, наше отношение к миру и к самим себе. Иными словами, принимая ту или иную точку зрения, мы способны объективно изменить самих себя и всю нашу жизнь, хотя объективно некоторое время все будет оставаться неизменным.

Если встать на точку зрения стороннего наблюдателя, то делается очевидным, что идеология, оправдывающая действия вора, насильника или любого другого преступника – преступна сама па себе: человек, придерживающийся такай идеологии„ рано или поздно, необходимо воплотит свои мысли в преступных действиях. И, напротив, принять преступную идеологию мажет только потенциальный или реальный преступник.

Преступлением можно считать причинение, вольное или невольное, вреда хотя бы одному человеку. Вред, причиненный коммунистами всему нашему народу, не поддается исчислению. Следовательно, хотим мы того или не хотим, мы просто обязаны считать их преступниками, а коммунистическую идеологию – преступной.

С точки зрения православного человека, источником всякого блага является Бог. Будучи милосерд, Бог наделяет своими дарами и праведного и неправедного, но человек, отвергающий Бога и Его заповеди, может быть лишен благополучия земного, а наказанию в жизни загробной подвергнется обязательно. Каждый такой человек, будь то демократ или коммунист, достоин сожаления, но что может быть общего между теми, кто по мере своих сил добровольно служит Богу, и теми, кто в меру своих способностей отвергает Его? Очевидно, что атеист, осмеливающийся отвергать Бога и изгонять Его из своей жизни, так же будет изгонять и притеснять тех, кто служит Богу, людей православных, в большинстве своем – русских. Ярким, доступным и несомненным свидетельствам этому является история СССР.

А вот с точки зрения иудея, с коммунистами иметь дело и можно и нужно. Да иначе и быть не может. Цель у тех и других одна – построение на земле царства материального изобилия в будущем и приобщение к этому самому изобилию в настоящем. Средства – тоже одинаковые: сосредоточение в своих руках как можно большего количества материальных ценностей и власти любыми, в том числе и безнравственными, способами. Даже враги у иудеев и коммунистов – и те общие. Это все те, кто предпочитает трудиться ради Царствия Небесного, а не ради земных благ, это – православные люди. Понимание этой общности давно воплотилось русским народам в словосочетании «жиды-коммунисты».

Необходимо отметить, что словами «жид» и «иудей» обозначается принадлежность религиозная, а не национальная. В обыденной жизни жида или жидовствующего любой национальности распознать достаточно легко. Задача его жизни – достижение земного успеха в любой форме, а такая цель влечет за собой, как естественное следствие, попирание ценностей духовных. Иными словами – порождает безнравственность. Жид, по сути своей – это льстивый убийца и характерными чертами для всего комплекса его отношений с окружающими людьми является заискивающая льстивость и, одновременно, высокомерная пренебрежительность.

Может быть и не стоило так много говорить об иудеях, но уж так исторически сложилось, что именно они, а не язычники распяли Христа, и именно они были и остаются главными врагами христианства и христиан. Следовательно, они – главные враги России ровно настолько, насколько русские люди сохраняют приверженность православию.

Но вернемся к нашим «тачкам».

Если встать на точку зрения человека, который оценивает других людей только по их словам, то наше правительство, президент и спикер (этому английскому слову в русском языке соответствует слово «говорун») вызывают сожаление и раздражение тем, что не способны решить стоящие перед ними задачи и навести в стране порядок, хотя искренне к этому стремятся.

Если же судить об этой компании с православной точки зрения, т.е. не мудрствуя лукаво, а просто по плодам их дел, то получается„ что вся их деятельность ведет к развалу страны и обнищанию народа и может быть расценена только как враждебная по отношению к нашему государству.

Одни люди считают, что мы живем в мирное время, другие – что в стране давно идет необъявленная, но уже плохо скрываемая война против русского народа. Что сделаешь, вольны люди ради своего подленко-тепленького удобства закрывать глаза на действительное положение вещей. Но если время мирное, то каждый порядочный человек, будь то военный или гражданский, обязан хранить верность президенту и правительству и противостоять их деятельности, даже если она откровенно вредоносна, строго конституционными средствами. Например, с помощью оппозиции, прокуратуры, суда. Если же время военное, то враждебные действия любого гражданина по отношению к собственному государству, действия любым способом ослабляющие государство, расцениваются как предательство. А с предателями любого уровня в военное время разбираются без суда и следствия. С их пособниками – также.

С точки зрения человека несведущего или не желающего думать и напрягать свою память, в передаче баснословно дорогой военной техники бывшим братским республикам нет ничего тревожного. Ну, делят республики совместно нажитое добро. Ну и что? Делят-то по-братски.

А вот честный человек возмутится. Известно, что создание вооруженных сил и военной техники финансировались их бюджета СССР. Известно также, что все республики делали отчисления в бюджет Союза и из этого же бюджета получали дотации. При этом суммарные дотации всем республикам, включая Украину, превышали поступления от них же на несколько десятков миллиардов рублей даже в предперестроечный период. Всем, кроме России и Азербайджана. Сказанное заставляет придти к одному неизбежному выводу: вся космическая и военная техника создана практически за счет одной России. В том числе и Черноморский флот. И притязания на эту технику следует расценивать не как стремление к справедливости, а как еще одну попытку ограбить Россию.

Тот, кто хочет желаемое принимать за действительное, может считать, что все люди равны, все народы – братья, что все относятся к России и к русским ну просто очень хорошо, и поэтому со всеми надо поддерживать дружеские отношения. Перечень таких слащаво-гуманистических суждений можно продолжать достаточна долго, но для любого православного русского их лживость очевидна и несомненна. Для того, чтобы в этом убедиться, достаточно посмотреть на окружающую действительность. Русские семьи вынуждены отказываться от рождения от рождения ребенка из-за недостатка средств, а деньги России шли в братские республики, население которых успешно плодилось и размножалось за счет не рожденных русских детей. Так, например, только в Туркмении прирост населения составил 155% за 30 лет.

Русским народом создавалась промышленность в большинстве республик, русскими специалистами готовились национальные кадры, а сейчас все наперебой празднуют независимость и ни один народ не предлагает помощи бедствующему русскому народу. Русским оружием, и в подавляющем большинстве случаев русскими военными, охранялись границы республик, а сейчас русские, в том числе и военнослужащие, на территории этих республик подвергаются унижениям и гонениям.

Пожалуй, хватит. И так все ясно. Что греха таить – инородцы и иноверцы относятся к русским не как к друзьям, не как други, а как недруги, как враги. Я не хочу национальной вражды, но я не хочу также, чтобы меня заставляли считать врагов друзьями, лишая, тем самым, возможности противостать им.

Часто можно услышать от инородцев, что русские ленивы и не умеют работать, непрактичны, не в состоянии навести порядок в собственной жизни, безынициативны, грязны и глупы. Этим, дескать, и объясняется неприязненное отношение к русским. А вот св. Ефрем Сирин говорит, что право живущие подвергаются нечестивыми осуждению за великую их скромность, смиренномудрие, нестяжательность и прочие добродетели, и такое мужество в терпении называем часто уклонением от порядка и слабостью духа, и обвиняем  в лености.

Из рассмотрения этих двух столь схожих мнений можно сделать два вывода: во-первых, что враждебное отношение к русским определяется тем, что русские до сих пор тяготеют к православию, их православным духом, который непереносим для любого нехристя. Во-вторых, что враждебное отношение к христианам со стороны иноверцев было всегда. Да иначе и быть не может, ибо, с православной точки зрения, зло бессущностно. Оно существует только как отрицание добра, и последователи ложных учений и вероучений, включая сюда таких еретиков, как католики и протестанты, вынуждены либо отвергнуть свои заблуждения и принять православное учение, либо отвергать и гнать православие и православных.

Кстати, вопрос о соотношении добра и зла, с трудом доступный пониманию современных интеллектуалов, для ума «темного и невежественного» русского народа был настолько ясен и прост, что его решение выразилось всего в четырех словах: нет худа без добра.

Простите, так кто же дурак? Знания русского народа, быть может, не были широки и глубоки, но они были высоки. Для современной русской интеллигенции и для иноверцев – недосягаемо высоки и поэтому неподсудны.

Что же касается врагов, то православный русский народ, храня верность заповедям и любя ближних своих, нещадно громил всех тех, кто причинял вред России и русским: и азиатов, и европейцев, и кавказцев. И силы выстоять перед любым врагом давала народу вера, ибо верность земному царю и земному отечеству невозможна без верности Царю Небесному и Царству Небесному. Кстати, именно поэтому для православного сознания идея монархии роднее и ближе, чем идея демократии. Монархию нельзя подменить и диктатурой, т.к. монархия предполагает добровольное послушание старшему за совесть, а не вынужденное подчинение за страх, как при диктатуре.

Во всей жизни, в радостях и горестях, русскому народу сопутствовала Православная Церковь. Она и сейчас могла бы не только указать врагов России и обличить их нечестие, но и вдохновить народ на противостояние им. Православное духовенство могло бы взять на себя эту трудную и опасную задачу и тем самым выполнить свой долг перед Богом и перед православными людьми. Но церковные деятели молчат, и на это молчание также можно посмотреть с разных точек зрения.

Современный человек, только недавно начавший посещать храм и не знакомый ни со св. Писанием, ни со Св. Преданием, вправе считать, что патриарх, епископы и священники Московской Патриархии – люди, безусловно преданные православию и при обсуждении любого вопроса придерживаются мнения, которое совпадает с мнением собственно Православной Церкви. А человек, знакомый с Соборными и Апостольскими правилами легко заметит, что слишком многие из так называемых духовных лиц отдают предпочтение земному успеху, а не небесному блаженству; внешней праведности, а не внутреннему благочестию.

Согласно упомянутым выше правилам, которые никем не отменялись, многие из них должны быть извергнуты из священного чина. Ранее таких называли извергами. Лицемерно именуя себя православными, они даже не в состоянии объяснить ищущему человеку, почему именно Православие и только Православие является единственной истинной религией и почему малейшее уклонение от Св. Писания и Св. Предания губительно для человеческой души. Какие уж из них духовные наставники и вожди?! Современные советские священники освящают коммерческие предприятия и рестораны, благословляют спортивные соревнования, полеты ракет, сомнительные зрелищные (по-славянски – позорищные) мероприятия. Но освящение и благословение – это духовно-нравственная поддержка Церковью тех граждан и организаций, которые в своей деятельности ставят перед собою духовно-нравственные цели. А какие нравственные цели преследует содержатель ресторана или эстрадная певичка? Какую духовность взращивает сама Московская Патриархия своим участием в экуменическом движении? Ведь экуменизм, в конечном счете, приводит к отказу от собственной веры, также как интернационализм – к отказу от собственной национальности.

В заключение хочется сказать: лично мне представляется, что православие как для отдельного человека, так и для целого народа животворно и спасительно. А я хочу жить. Поэтому для меня все те, кто скрывает от нас православие, извращает его или искажает его, все те, кто отвлекает нас от православия под любым предлогом – убийцы. И мне не важно, чем пользуется убийца – топором, автоматом или очень медленно действующим ядом. Он – все равно – убийца. Исподволь внедренная в наше сознание мысль о том, что каждый человек имеет право жить и поступать так, как ему нравится, лжива. Каждый человек неотъемлемо располагает свободой и волей, т.е. дарованной Богом возможностью выбирать свое отношение к окружающему и свое поведение, выбирать между добром и злом, и право это – по сути своей – благословенная возможность. Поэтому, совершающий зло или содействующий злу, сохраняя свободу и волю, лишается права и правоты. Следовательно, какими бы способами ни действовали убийцы и соблазнители – они не имеют на это права. И какими бы средствами ни пользовался отдельный православный человек или весь русский народ для защиты себя от убийц – он всегда безусловно будет прав. Это будет трудно. Но есть труд мирный, и есть труд ратный. Так будем трудиться, не отвергая заповедей Божиих, а неуклонно следуя им.

 

Октябрь-ноябрь 1992 года



ПРАВИЛА ВЫБОРА ПОСТУПКА
(фрагмент неопубликованной книги коллектива авторов, апрель 2015 года)

Одно из главных правил выбора человеком своего поступка часто именуют золотым правилом нравственности.

Для христиан первоначально оно было дано еще в Ветхом Завете: «То, что ненавистно тебе, не делай своему товарищу…».

В Новом Завете правило выбора поступка было заповедовано Иисусом Христом в его Нагорной проповеди: «Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними…» (Евангелие от Матфея). А это означает, что поступки человека должны приносить людям только хорошее и полезное для них; ведь для себя человек ничего иного и не хочет…

Большинство исследователей считают форму правила, данную в Евангелии от Матфея, наиболее полно отражающей его суть. Правило со словами «не делай» лишь рекомендует не совершать в отношении товарища того, чего не хотел бы (что было бы неприятно) для самого себя, устанавливая минимальные нравственные требования к поведению человека. К тому же, ненавистное одному человеку иногда может в высшей степени нравиться другому… А вот в положительной форме, со словами «так поступайте и вы», правило устанавливает более высокую границу отношения человека к другим людям, призывает его не только избегать зла, но и делать добро.

Заповедь поступать с людьми так, как хотелось бы, чтобы поступали с вами, настолько распространена и понятна, что даже люди, никогда не читавшие Евангелия и не слышавшие о золотом правиле нравственности, применяют его в жизни. Правило это отражается в говоримых нами фразах «если бы с вами так поступили, что бы вы почувствовали?», «попробуйте встать на мое место», «постараюсь войти в ваше положение», «хочу того, что вам полезно», «хочу сделать так, как хотите вы…».

Приведенные фразы, особенно последние из них, отражают и другое правило, также заповедованное нам Иисусом Христом и охватывающее как наше отношение к окружающему, так и основанные на нем поступки: «Любите друг друга…» (Евангелие от Иоанна). Ведь всякий, любящий не только родных и близких, но и каждого человека, естественно станет совершать для него все доступное добро.

Почему же люди далеко не всегда следуют этим простым правилам? Виновата человеческая гордость, лестное человеку желание считать, что он «хорош сам по себе», «заслуживает только хорошего отношения», в общем, что он сам источник всего хорошего и вокруг себя, и в себе. Ну а тогда и вести себя этот человек может как угодно – все равно в собственных глазах он останется хорошим и будет думать, что ему обязаны делать хорошее все окружающие.

Но даже если человек хочет поступать по-доброму, как же ему убедиться в том, что его поступок будет хорош? Собственного ума (способности различать добро и зло) и рассудительности может оказаться недостаточно.

Точно понять, доброе иди злое намерение тобой владеет можно по эмоциям – ощущениям души. Эмоции души помогут понять это и по отношению к влиянию на наши намерения и поступки окружающих нас людей (ведь душа не только ощущает, но и воспринимает эмоции окружающих и может, приобщаясь к ним, усваивать их). Не даром говорится: «с кем поведешься, от того и наберешься», а также «скажи мне, кто твой друг и я скажу, кто ты».

Ощущения души являются бессознательными и человек не может усилием воли их преодолеть или изменить, поэтому они и являются объективным свидетельством доброго или злого намерения (поступка). Правда, поняв, что душой владеют эмоции зла, можно по собственной воле понудить себя и обратиться к благотворным эмоциям (от обиды – к прощению, от жадности – к доброте или щедрости, от лени – к трудолюбию).

Итак, каковы же эти эмоции души?

Ощущения душой того, что хорошо для человека (эмоции добра): радость, свобода, уверенность, ясность, справедливость, спокойствие, мирность, утружденность. Перечисленные ощущения души являются последствием присутствия в душе положительных нравственных качеств (испытывая их, душа делается нежной, наполняется добром, спокойствием, уверенностью и т.д.).

Ощущения душой того, что плохо для человека (эмоции зла, отрицающие добро): страх, зависимость, сомнение, смущение, стыд, раздражение, взбудораженность, напряженность. Перечисленные эмоции являются последствием присутствия в душе отрицательных нравственных качеств (испытывая их, душа ожесточается, наполняется злом, раздражением, взбудораженностью и т.д.).

Знание об эмоциях добра и зла позволяют человеку выбрать свое поведение, объективно определить, к хорошему или плохому ведут его поступки.

Ведь если человек порабощается злом (отрицательными качествами, ведущими к плохим поступкам), он вместо ощущений душой добра может начать воспринимать как нормальные эмоции зла. А тогда и сама его душа разрушается, заболевает и приближается к смерти. Вслед за душой естественным образом заболевает и умирает тело человека.

Выбирая служение добру1, человек приносит радость и пользу ближним, поддерживая этим душевное и телесное здоровье, как собственное, так и окружающих его людей.


1 Под добром подразумевается, прежде всего, вера во всемогущество любви, как основы добра, признание и принятие положительных нравственных качеств; а уже во вторую очередь - совершение основанных на добре поступков.



SEOS 
Разработка и дизайн сайтов в г. Дмитров.